В классе повисла тишина. Ученики старательно писали контрольную. Альбина Романовна ходила туда-сюда возле доски и наблюдала за ребятами. Неожиданно ее внимание отвлек чей-то стук в дверь. Учительница вышла из класса.
— Эй, Тарасов! Ну что там? Бомжи уже скинулись тебе на фрак к выпускному? – вдруг ехидно крикнул с первого ряда Генка Родькин.
В классе раздался язвительный смех.
— Погоди, нашему Тарасову размерчик не подошел, — хмыкнула Лена Тимохина. Все дико хохотали. Тарасов Вова сидел, потупив обиженный взгляд. Что он мог сказать против такого количества одноклассников? На душе стало неуютно, пусто. Хотелось поскорее сбежать из класса, но он не мог. Альбина Романовна тут же влепила бы ему жирное замечание в дневник. Тогда дома… Дома мама не удержится. Возьмет толстый ремень. Нет, лучше потерпеть эти насмешки. Сейчас все закончится, и он, Тарасов уйдет отсюда. Тем более, скоро каникулы. Значит, все останется позади. Подумав об этом, Вовка принялся дальше строчить контрольную. Хорошо, что у него есть тяга к знаниям, иначе ребята его совсем бы заклевали. Двоечников ведь не особо любят…
Вскоре вернулась Альбина Романовна. В классе снова воцарилась тишина. Дети боялись своего классного руководителя. Учительница строгая. Могла вызвать родителей к директору, снизить оценку по успеваемости, да и, вообще, начать относиться по-другому. Никому из учеников не хотелось попасть в ее «черный список» нелюбимчиков.
Прозвенел звонок. Вова дописал задания и сдал тетрадь на стол преподавателя. Накинув на плечи свой поношенный рюкзак, он вышел за всеми из класса, стараясь не привлекать к себе лишнее внимание. Не очень хотелось попасть под раздачу какого-нибудь Родькина или ему подобных. Таких было немало.
Чем ближе он подходил к дому, тем больше у него подкашивалось в коленях. Сейчас будет другая тревожная картина. Из-за этого Вовка иногда мечтал уехать на край света. Наверное, мама снова нетрезвая. Это происходило часто. Бесконечные веселья дома с какими-нибудь дядями. Оля – мать Вовки часто срывалась на сыне. Особенно, когда выпьет. Могла и ремень в руки взять, если что-то не понравится. Рассказать об этом кому-то было стыдно. Подросток боялся насмешек. Боялся попасть в детский дом. Все равно ему осталось недолго до совершеннолетия. А там он самостоятельно справится. Найдет работу и будет жить отдельно. Так он мечтал. Вовка Тарасов, которого все вокруг готовы были обидеть.
Конечно, если бы паренек не ходил в такой заношенной одежде, никто над ним не смеялся бы. Хорошо, что он научился сам стирать эту одежду. Маме было не до него. Дома вечный бардак и грязь. Ольга не следила за чистотой. Она и сама-то носила какой-то халат, затертый до дыр. Вся лохматая, глаза заплывшие. Появившиеся раньше времени морщины говорили об ее безобразном образе жизни.
Соседи встречали Ольгу и только качали головой. «Непутевая!», — твердили они ей вслед.
Вовка толкнул двери в дом. Из кухни слышались голоса, мужской и женский. Доносились запахи алкоголя и пригоревшей еды. Мать в очередной раз привела какого-то хахаля и пила с ним. До него, до Вовки ей не было никакого дела. А у него ведь скоро выпускной. Мальчику хотелось выглядеть не хуже всех. Как это, одноклассники будут нарядными, а он… Ему даже надеть было нечего. Не было праздничной одежды. Что и говорить, Вове покушать-то почти не перепадало. Все мамкины кавалеры съедали.
Подросток кинул портфель в своей комнате и тихо выскочил из дома. В огороде уже поспевала клубника. Правда, пока она была зеленая. Это не смущало голодного паренька. Хоть что-нибудь кинуть в рот, лишь бы желудок перестал урчать.
— Голодный? – из-за забора появилась соседка баба Надя.
— Здравствуйте! – растерянно поздоровался с ней Вовка.
— Пошли, покормлю, — предложила она. – Пошли, не стесняйся. У меня оладьи с вареньем и со сметаной. Иначе совсем пропадешь. Еще и клубника зеленая. Живот заболит.
Вовка последовал за ней. Было неудобно, но ему очень хотелось есть.
— Я бы твою мать подвесила за одно место! – бранилась пожилая женщина, поставив перед Вовой на стол большую миску с румяной выпечкой. – Ей Богу, пацан изголодался в школе, а она там которого ухажера приводит, поит. Все твои пособия пропивает!
Она возмущалась. Вова молчал. Ему было стыдно за глупую мамашу.
— Ну, наелся? – спросила бабушка, когда паренек доел последний оладушек. Он кивнул.
— Спасибо большое! – искренне поблагодарил он бабу Надю.
— Не за что. Только рада оказать добро. Надеюсь, что тебе этого хватит до вечера. Если что, приходи. Я борща наварю. Будем вместе ужинать, — пробормотала она.
Вова вернулся домой, и его разморило. Он решил немного вздремнуть.
… Они шли по парку аттракционов. Десятилетний Вовка, мама и папа. Такие радостные и беззаботные. Казалось, вся жизнь впереди. Вовка уплетал сливочное мороженое с шоколадом. В другой руке он держал разноцветные воздушные шары. Мама куда-то вдаль показывала и смеялась, разговаривая с отцом. Тот день мальчик запомнил навсегда. Он снова ему снился сегодня.