Так прошел год. Днем девочка работала, а по вечерам училась. Надя уже втянулась, даже стала дружить с девчонками. Только от ее свободы отца воротило.
Знаешь, что, скоро учеба заканчивается, поехали к твоей сестре Ане.
Для чего? Если хочешь — едь. Мне и тут неплохо.
Тебе, может, и неплохо. А к нам уже дважды наведывались из органов опеки, интересовались, как у тебя да что, так что езжай к Ане, а эту комнату я буду сдавать.
Да что же это такое…Тетя Лида тоже была возмущена. Аня встретила их без энтузиазма, но хотя бы улыбнулась.
Ну что, Наюшка, летом у нас тут такая природа, леса, поля, речка, заодно и за детьми приглядишь моими.
Папа побыл с неделю с ними и был таков. Лето прошло нормально. Надя обживалась. Отца она больше не видела. Да и не хотела. Наступил последний учебный год. Они собрали семейный совет и приняли решение, что пока Надя не закончит школу, то работать ей не нужно. Жизнь продолжалась, пока однажды не зазвонил телефон.
Надя, это тебя, — зовет Аня.
Надя взяла трубку и обомлела — это был голос матери. Подумала сразу положить телефон, но что-то ее остановило.
Дочечка, я так рада тебя слышать, не бросай телефон, послушай меня, я не могу больше носить это в себе. Хочу, чтобы ты знала правду. Я не предала тебя. Я тяжело заболела. Доктора не могли ничего хорошего сказать, так что я скоро умру. Мне мало осталось. Я просто не хотела, чтобы наблюдала за тем, как я угасаю. Прости меня, пожалуйста.
Мама, держись, я скоро приеду.
В тот же день они с Аней сели в поезд и поехали к матери в больницу. Она умерла у дочери на руках. Девочки ее простили. Надя закончила школу, живет в родном городе, в квартире мамы, уже вышла замуж. С Аней связь поддерживает, а вот с папой никто из них не знается.