Я теперь для себя буду жить наконец-то! — поначалу говорила мать, а сейчас хочет, чтобы дочь ей помогала

Очень странная у меня мать. Вот как бывает! Раньше она по-другому пела. А сейчас вдруг вспомнила, что у нее дочка есть. — издевается Лида.

Когда Лида напоминает матери ее же слова, то она их отрицает. Зато зять все прекрасно помнит. Лида обижена на свою мать — Анну Евгеньевну. И эти обиды копились годами.

Я выходила замуж в двадцати шестилетнем возрасте, — рассказывается Лида, — на тот момент матери еще было далеко до пенсии. Она ходила на работу, имела должность главного бухгалтера на солидной фирме. Уже много лет была на этой должности.

И именно из-за своей профессии, статуса, испортился характер матери по мнению Лиды. На протяжении всей жизни они жили скромно. С отцом Анна Евгеньевна развелась, когда Лида только в школу пошла. Зарплата матери оставляла желать лучшего. Отец давал на дочь крайне мало и нерегулярно.

По крайней мере мы с ней не ругались, — говорит Лида, — У нее всегда было хорошее настроение, к ней приходили подружки, могли вместе что-то шить. Донашивала я вещи за подругами матери, на обновки денег не хватало.

Лида окончила школу и поехала учиться в университете в другом городе. Дома появлялась крайне редко. И в это время как раз мать получила новую должность.

Попервах все еще было по-старому, — рассказывает Лида, — А после мать стала жадной. Очень.

Я уже устала за все платить, сколько ты будешь тянуть из меня? — высказывала она Лиде, — может, на подработку устроишься? Мне хочется уже для себя пожить в кои-то веки. И так всю жизнь в обносках ходила.

Получала мама хорошо, но это отрицательно на нее повлияло. Она могла позволить себе одежду новую, посещала косметологов, ухаживала за собой. Сразу стала выглядеть по-другому.

Пришлось устраиваться на подработку, ну а что поделать, — говорит Лида, — покупала себе одежду, хоть недорогую, а когда приезжала в ней домой, мать сразу ее критиковала, потому что дешевое все. Спрашивала, почему в нормальных магазинах не одеваюсь.

Неужели до тебя так и не дошло, что скупым приходится в два раза больше переплачивать? — пафосно говорили Анна Евгеньевна, — Неужели тебе не противно такое носить? Лучше бы накопила и купила что-то поприличнее.

Интересно, откуда мне — студентке, перепадут дополнительные деньги? Мать отказывалась меня поддерживать, хорошо, что хоть за учебу платить не надо. При этом отгрохала ремонт в квартире, за границу ездит на отдых, курорты разные посещает.

Я сама на это все заработала! Так что на себя и трачу. Пойдешь на нормальную работу и заработаешь себе на отдых!

Мы встречались с моим женихом долго, — добавляет Лида, — Он тоже из обычной простой семьи. Где жить после свадьбы? Откуда брать деньги на съем? И как купить свое жилье? Юра приезжий, стала я проситься жить у матери. Хоть на какое-то время. Пока не насобираем с ним денег на первоначальный взнос. Ведь это большая сумма.

Не надо валить на меня все свои проблемы! — отвечает Анна Евгеньевна, — У взрослых детей должно быть свое жилье. Вы не инвалиды, вполне можете нажить себе все сами. Не собираюсь я тащить на себе вашу семью. Хочется мне еще для себя пожить.

Свою квартиру мать получила от бабушки, — обиженно говорит Лида, — Пришлось на снимать комнату, на отдельную квартиру не хватило. Мать пришла в гости, раскритиковала.

Неужто не смогли хоть и дороже, но полноценную квартиру арендовать? — спрашивает она.

Но если бы мы сняли подороже, то не смогли бы откладывать на ипотеку. Все время она нас критиковала, называла нищебродами.

Что ты за масло покупаешь? Разве это можно вообще есть? Это же суррогат! Ну и что ты выгадала? Пятьдесят рублей? Отрава! Что за тряпки у вас на окнах вместо штор? Им впору на мусорке валяться. Купили бы себе приличные.

Как же быстро она подзабыла, сколько лет мы с ней экономили, — сокрушается Лида, — Мы тогда с мужем дочь родили, его родители продали свой дом в поселке, у нас имелись накопления и оформили мы ипотеку. Лишних денег не осталось, даже на шторы не хватало. Мебель по знакомым собирали.

Прошло много лет. Юра получил новую должность, Лида вышла из декрета, ипотеку выплатили. А Анна Евгеньевна ушла на пенсию. Ее вежливо попросили освободить свое рабочее место.

Пенсия у матери обычная, — добавляет Лида, — Многие на такие деньги выживают. Ясное дело, что она привыкла к другому. И тут мать обратила внимание, как все подорожало. И стала ездить по разным супермаркетам, экономить на акциях и скидках. Вещи ее хорошие износились, за что одеваться, обуваться?

Какие сумасшедшие цены! — жалуется Анна Евгеньевна, смотря на зятя и дочь, — За что должны выживать старики и пенсионеры? Каждую копейку считать приходится. Телефон устарел, а новый на какие шиши покупать?

Наверное, мама думала, что мы ее будем обеспечивать, помогать хоть как-то, за услуги платить. Но я этого делать точно не собираюсь. Изначально родители должны помогать детям, а после наоборот. Только в нашей истории все несколько иначе.

Ты — моя дочь! Ты мне обязана.

Мы только сейчас начинаем жить для себя, — отвечает на намеки мамы Лида, — Потеплеет и съездим на море. Всю молодость ипотеку выплачивали, света белого не видели. В юности приходилось ходить в обносках. А что это ты за обувь напялила? Разве можно покупать такую дешевку? Они же развалятся после дождя. Ты в итоге переплатишь. Именно ты же меня так учила. Лучше бы накопила и приобрела нормальные.

Мать расплакалась, только Лида не чувствует своей вины.

Мое содержание закончилось в восемнадцать лет. Она решила с этого момент жить для себя, издевалась надо мной и моим супругом, обызывала нищими. Так что ни о каком дочернем долге не может быть теперь и речи. У нее в свое время была возможность нам помочь, только она думала о себе. Не знала, что придет старость. Поздно опомнилась.

Оцените статью
Я теперь для себя буду жить наконец-то! — поначалу говорила мать, а сейчас хочет, чтобы дочь ей помогала
Начала жить с парнем, но на долго меня не хватило. Объясню почему