— Привет, Вик.
Она коротко взглянула на него.
— Привет.
И прошла в комнату. Ни слез, ни истерик. Это Сергея напугал ещё больше. Он кинулся следом. Вика села на диван, Сергей пододвинул стул и сел напротив неё. Нужно начинать говорить.
— Вика, понимаешь… В общем, я и сам не понял, как это всё произошло.
Он говорил, объяснял, просил прощения и снова говорил. А Вика молча его слушала.
Он понимал, что всё то, что он говорит, — это совершенно не те слова, которые могут заставить уговорить Вику не принимать каких-то кардинальных решений.
Он не знал, что сказать, чтобы Вика простила, чтобы поняла, что он сильно ее любит. Виктория смотрела на мужа, видела и понимала, что он переживает, но не понимала, потому что у нее в душе нет ничего такого, что было тогда, когда он увидел ту женщину. Может быть, потому что она тут же отомстила ему такой же монетой? Вика не собиралась так делать.
Более того, она всегда считала, что вот так делать — это верх цинизма, это неправильно и вообще как-то низко. Но вот так получилось. И начинать сейчас доказывать, что она не хотела мстить, просто так получилось, глупо.
Вообще Вика могла бы и не говорить ничего мужу, но…
— Сергей, мне было очень больно.
Он подался вперёд, схватил её руку в свои.
Вика выслушала и даже отвечала. Может быть, она услышала его и простила? Или хотя бы она попытается это сделать.
— Вика, прости меня, прошу.
— Я… Ты считаешь, что такое можно простить?
— Я это не специально, я оступился.
Вика встала и прошлась по комнате.
— Значит, ты решил, что такое прощается? Наверное, ты прав. В общем, Сергей, я тоже тебе изменила. Прости, так уж получилось.
Сергей сидел, как громом пораженный. Как? Не может быть, он не верит. Но Вика не шутила. И он это понимал.
— Как ты могла? Как? А как же наша любовь, ты?
И тут он осёкся. Чёрт. А что сейчас говорить? Он же изменил, и он говорил только что, что это можно простить.
И в комнате воцарилось молчание.
Они пытались всё забыть и жить по-новому. Пытались целый год, но не смогли. Развелись тихо, без претензий. Сергей помог Вике с жильем. Он прекрасно понимал, что, как ни крути, но во всем виноват он. И Вика то же самое думала про себя. Если бы она так не ответила, то кто знает, как бы все сложилось.