В тот вечер мы впервые заговорили о разводе. Точнее, я заговорила — сквозь слезы и проклятия. А Кирилл только посмеивался, мол, руки коротки. Квартира-то, дескать, теперь всё равно общая. Никуда ты, милая, не денешься!
Боже, какой же я была дурой… Верила, надеялась. Думала — одумается, пересмотрит своё поведение. Не может же он всерьёз считать себя правым! А вот, выходит, ещё как может…
«Ничего, — мстительно думала я, утирая слезы. — Ничего, Кирюша, ты ещё попляшешь. Подавишься ты моей квартирой. Останешься с носом, как миленький!»
Вдруг в дверь позвонили. Я вздрогнула, приходя в себя. Кого это ещё принесло на ночь глядя? Неужели Кирилл вернулся?
Не глядя в глазок, я резко распахнула дверь — и остолбенела. На пороге стояла Юлька, моя лучшая подруга. Та самая, что не далее как позавчера клялась в вечной дружбе и обещала поддержку.
— Привет, — неуверенно улыбнулась она. — Ты это… Извини, что так поздно. Я тут это… Поговорить хотела.
В её голосе было столько вины и неловкости, что у меня против воли ёкнуло сердце. Что-то случилось, это точно. Но что?
— Юль, что стряслось? — нахмурилась я, пропуская подругу в квартиру. — На тебе лица нет. Говори уже, не томи!
Юлька прошмыгнула на кухню, тяжело опустилась на стул. Подняла на меня несчастные глаза, полные слёз.
— Ленка, ты только не убивай меня сразу, ладно? — прошептала она. — Клянусь, я не хотела. Оно само как-то вышло…
У меня похолодело внутри от нехорошего предчувствия. Само вышло? Что вышло-то?!
— Юль, ты меня пугаешь, — собственный голос показался мне чужим, неестественно ровным. — Говори уже, не тяни резину.
Юлька судорожно вздохнула. Зажмурилась, будто перед прыжком в ледяную воду.
— Мы с Кириллом той ночью были вместе, — скороговоркой выпалила она. — Ой, Лен, не смотри ты так! Я правда не хотела! Просто он сам позвонил, предложил встретиться. Ну, типа как друзья, посидеть, поболтать. Я и повелась, дура…
Дальше я уже не слушала. В ушах стоял звон, перед глазами всё плыло. В голове билась единственная мысль: «Не может быть. Только не это. Только не с Юлькой!»
Лучшая подруга. И любимый муж. Предали, не задумываясь. Растоптали, выбросили на помойку всё самое светлое, всё самое дорогое…
Гнев накатывал удушливой волной. Хотелось кричать, крушить, бить посуду. Вцепиться Юльке в волосы, швырнуть её об стену. Но я только стиснула зубы, до боли впиваясь ногтями в ладони.
— Вон, — процедила еле слышно. — Вон отсюда, и чтоб духу твоего здесь больше не было. Подруга называется…
Юлька вскочила, опрокинув стул. Залепетала, давясь слезами:
— Лен, прости, умоляю! Я правда не нарочно! И вообще, это всё Кирилл! Он сам полез, клянусь! Сказал — у вас всё равно конец, ты с ним разводишься… Типа, ему уже всё можно…
— А ты и рада стараться, да?! — взвилась я. — Конечно, чего там — раз подруга бросает мужа, надо утешить бедняжку! Сама-то веришь в эту чушь? Нет, всё, хватит. Убирайся, и чтоб я тебя больше не видела!
Юлька всхлипнула, кинулась прочь из кухни. Хлопнула дверь. Повисла звенящая, страшная тишина.
Я медленно опустилась на стул. Уронила голову на руки, застонала сквозь зубы. Боже мой, за что? За какие грехи мне всё это? И ведь поделать ничего нельзя — не вернуть, не исправить…
Предательство лучшей подруги оказалось даже больнее, чем измена мужа. От него-то я, по крайней мере, знала чего ожидать. А вот от Юльки… Сколько раз она клялась, что никогда не бросит, поддержит в любой ситуации! И вот, пожалуйста — не прошло и полугода.
Ладно, Кирилл. С ним всё ясно. Он теперь — персона нон-грата, человек из прошлой жизни. Отболит и забудется. А как быть с Юлькой? Простить? Сделать вид, что ничего не было?
Нет уж. Увольте. И дело даже не в её предательстве. А в том, КАК она это сделала. Переспать с мужем подруги — и прийти просить прощения? Серьезно?! Да о чём тут вообще можно говорить!
— Ладно. Проехали, — процедила я сквозь зубы, решительно поднимаясь из-за стола. — Все вы, оказывается, одного поля ягоды. Только и ждёте, когда можно будет урвать кусок пожирнее. Была я вам подругой, была женой — да только кому это интересно? Своя рубашка, она к телу ближе…
Я горько усмехнулась, чувствуя, как губы кривятся в презрительной усмешке. Что ж, по крайней мере, ситуация прояснилась. Кирилл, Юлька — все они оказались никчёмными предателями. Что один, что вторая — только и думали, как бы нагадить исподтишка.
— Ну и чёрт с вами, — решительно произнесла я в пустоту, сама удивляясь своему спокойствию. — Катитесь ко всем чертям. Ни в ком из вас я, оказывается, и не нуждалась.
Мозг лихорадочно заработал, просчитывая варианты. Квартира моя — это главное. На этот счёт можно не беспокоиться. Даже если Кирилл решит качать права — закон на моей стороне. Ни копейки он тут не получит.
С Юлькой, правда, сложнее. Не станешь же рассылать сообщения общим знакомым: так, мол, и так, имейте в виду — подруга из себя аморалку строит. Придётся действовать тоньше.