Когда отчим роднее, чем собственная мать

Я сколько себя помню побаивался маму. Она всегда выражала недовольство насчет всего. Абсолютно. Отец — алкоголик. Я тогда думал, что из-за матери он и пьет. Каждый раз после его возвращения с работы или откуда-нибудь мать на него орала. После она переключалась на меня. Я тогда боялся даже дышать. И не играл, да и нечем особо было. Она просто так, к слову говорила:

Задолбал! Лучше бы игрушки собрал! Вечный бардак!

Но игрушки я даже из шкафа не вынимал. В пятилетнем возрасте я отца потерял. Он не дошел домой, уснул в сугробе, замерз насмерть. С тех пор мать орала лишь на меня. С утра, в обед и вечером. И так ежедневно. Иногда поколачивала. Я стал школьником. Очень испуганным. Домой идти не хотелось. Там меня всегда ругали. Слова она повторяла одни и те же.

Ты — точная копия своего отца! Такой же уродился!

С ранних лет мама всегда мне намекала на других детей, находила в них преимущества. Они отличники, а я нет, я лентяйничаю, а они учатся. Одежда у других чистая, аккуратная, они спокойные, а я бегаю постоянно и колени сбиваю.

Мне страшно было приходить домой. Время от времени меня звала к себе бабулька, живущая на первом этаже. Она очень старенькой уже была — баба Галя. Могла угостить меня пирожком вкусным, поила молоком, обнимала.

Ванечка, бедняжка. Вот жизнь у тебя. Только чем я тебе помогу? Ты хоть забегай ко мне. А то я одна, скучаю, у меня никого не осталось, а ты такой милый, добрый.

Когда мне исполнилось десять, мать привела в дом дядю Колю. Каждый раз при его приходах я пугался и забивался за кровать. Он очень огромным мне казался, усатым. Но при этом мать немного угомонилась. Перестала сильно издеваться надо мной. Как-то раз дядя Коля подходит и говорит.

Иван, ты уже большой парень. Хотел бы обсудить кое-что с тобой. Мне нравится твоя мать. Ты не станешь убегать из дому, если я буду с вами жить?

Спросите у мамы, она должна разрешить вам. Я такие вопросы не решаю.

Спустя неделю дядя Коля уже перевез вещи. Мама не кричала больше. Разве что когда ее сожители не было дома. Иногда покупала печенья или конфет. С дядей Колей мы поладили. Он подходил иногда, интересовался моей учебой, мог рассказать интересную историю. Я уже его не боялся. Мать тогда нервничала.

Коля, чего ты к нему пристал? Пусть занимается своими делами.

А что такого? Он еще не взрослый, он нуждается в ласке и заботе, внимании.

Я и на работе устаю. Вот еще — плясать над здоровым лбом.

Валя, я хотел спросить твоего разрешения, чтобы официально усыновить парня.

Да как угодно. Дело твое.

И тогда мое отчество поменялось на Николаевич. Я ждал, когда отчим возвращался с работы. Мог обратиться к нему за советом по урокам, он не обзывался, всегда помогал. Мог похвалить за хорошие отметки. Я сказал ему, что внизу живет одинокая старушка. С тех пор мы заходили к ней вместе. Дядя Коля мог помочь сделать ей по дому мужскую работу. Наверное, я тогда стал счастливым. Только матери надолго не хватило. Она стала издеваться дальше надо мной, пока отчим не приходил с работы.

Как ты мне надоел! Идиот! Сколько ты будешь пить мою кровь? Если бы не Коля, давно бы уже оказался в интернате. Прихожу с работы, а дома сын — придурок.

Я тогда расплакался, как маленький. Однажды во время очередной выволочки мать замахнулась на меня, а отчим вернулся раньше и все слышал. Он перехватил ее руку:

Ты что это удумала? Как ты можешь говорить такие слова на собственного сына? Он у тебя смышленый, хороший, добрый. Не перестанешь так себя вести — заберу его и уйдем. Ванечка, пойдешь ко мне?

Я обнял отчима и сказал:

Папуля, я никогда не хочу расставаться с тобой, только не оставляй меня здесь.

Дядя Коля сел на пол и приобнял меня.

Хорошо, я буду рядом.

Мать стояла с открытым ртом. Но стала вести себя тише. Тогда мы пошли с дядей Колей ужинать к соседке. Он обо всем ей рассказал.

Коля, кроме вас у меня никого нет. Так уж вышло. Если совсем станет с ней невыносимо, можете переехать с Ваней ко мне. Я постеснюсь.

Благодарю вас, бабушка Галя. Вы хорошая и добрая, Ване помогали. Я не знал, что она такая мегера.

С того дня мать вела себя тихо. И вот когда мне исполнилось пятнадцать, Коля приболел. Я очень переживал за него. Помогал, чем мог. После его увезли в больницу. Мать принялась за свое!

Ага! Тупица! Кто теперь тебя защитит? Некому! Помрет твой Николай и все!

Как ты можешь так говорить? Зачем ты нас оскорбляешь? Довольно! Он поправится и мы уйдем отсюда! — тогда я в первый раз на нее наорал. Она выглядела растерянной.

Да кому вы сдались? Хоть сию же минуту можешь проваливать!

Я так и сделал. Собрался и спустился к бабе Гале. Хорошо, что отец поправился. Он тоже взял вещи и переехал к бабе Гале. Мы жили все вместе. Время от времени он мог дать матери немного денег. Она пыталась уговорить его вернуться, но мы этого не сделали.

Вот так бывает, когда чужие люди становятся ближе родных. И даже роднее. Ближе них нет на всем белом свете никого.

Оцените статью
Когда отчим роднее, чем собственная мать
— А вы вообще обязаны обеспечивать меня до 18 лет! – заявил нам наш сын